НИКОЛАЙ МАТЮШЕНКО

Мне кажется, именно здесь в качестве преамбулы стоит разместить фрагмент сценария, который Николай Матюшенко предлагал для «Шоу Архитектурных Звезд». Фрагмент называется «Мечта заказчика».

Заказчик: Вот пришел согласовать домик… Небольшой… Сколько и как долго?
Представитель согласовательного органа: Нисколько, что Вы, что Вы!? А насчет сроков, то, конечно, завтра. Но если это Вас нервирует, мы растянем согласование, к примеру, недельки на две, и на это время отправим Вас в круиз. За наш счет, конечно. Отдыхайте, пожалуйста.
Заказчик: Мм-м-м-м…
Представитель согласовательного органа: Только вот, знаете ли, нам кажется, что Вы поскромничали, разместили свой домик недостаточно близко к воде… Мы это быстренько уладим! А чтобы Вам не мешали соседи, вот здесь и вот здесь организуем такой вот высокий заборчик!
Заказчик (смущаясь): Ну что вы… А как же люди? Они ведь к морю не подойдут!..
Представитель согласовательного органа: К морю? О море люди, как Вы изволили выразиться, прекрасно помнят. Мы разместили по всему городу лайтбоксы с изображением моря, на каждом компьютере разместили заставку с видами моря, да что на компьютере – на каждом мобильном телефоне! А какие передачи идут по радио – под шум прибоя!.. Так что не беспокойтесь!

Итак, от имени коллектива…  Городской сумасшедший, или Бабки базарные

Намывные земли? Морской фасад? Мы дойдем до намывных земель. Сейчас главное – другое: был парк, назывался «Юбилейный» и простирался по береговым склонам от парка Шевченко до 16 ст. Большого Фонтана. Теперь же многие из чиновников называют его лесопосадкой… Сегодня «Юбилейный» выведен из реестра парков, назван абстрактно – рекреационной зоной и активно продается. При этом идет равнение на некую европейскую модель, все время слышны ссылки на цивилизованность процесса. Что такое «цивилизованность по-нашему» – несложно проследить. Пример есть, это 8-я Фонтана. А парк уникальный: ведь одесский берег – это своеобразные ландшафтные и природные условия, их нужно сохранять, а не гоняться за чужими примерами. Тем более, что создавался парк по всем законам науки: деревья подбирались по форме и цвету кроны, по времени цветения и способности уживаться друг с другом. За время жизни «Юбилейный» стал самовосстанавливающейся биоструктурой. Именно он и является морским фасадом Одессы. А мы постоянно пытаемся уверить себя, что у Одессы морского фасада нет… Что, зеленого фасада быть не может? Только каменный?
А что касается каких-либо преобразований на побережье, то только идея нагорного бульвара мне нравилась, она была органичной, природной. Но… канула в лету. Здесь и закончилось равнение на европейцев. Те к экологии относятся с почтением, методично очищают берег от промышленности, выносят портовые терминалы. Нам тоже давно пора разобраться с побережьем – оно забито заводами, причем, заводами-хламниками. Что они выпускают – неизвестно, там только «Сталкер» можно снимать. А насчет намывных территорий – это наверняка хорошая идея, и остров в заливе – тоже правильное предложение. Однако его автора, Василия Мироненко, носили в зубах все, кому не лень, у нас же это просто! Как говорил Жванецкий, тяжело спорить человеку лысому и с длинным носом: сначала отрасти волосы, укороти нос, а потом спорь – это главный аргумент! А вообще Одесский порт – большая ошибка, но ошибка эта произошла еще во времена Екатерины: Екатерина дала приказ найти место для порта. Приказ передали от Орлова Потемкину, и дальше, и нашли таки прекрасную гавань. Отрапортовали. Порт построили, и оказалось, что это единственный порт в мире, который… замерзает. В Мурманске не замерзает! А в Одессе – замерзает! Порт мелкий, фарватер все время чистят – яхты не могут пройти, не то что большегрузные суда. Но порт стоит. Квартиры в центре покупают ценители промышленной эстетики – порт громыхает, из окон видны краны – своеобразная картина. Богатые же строят дома в районе 10-й Фонтана. Но это пока. Строят в первой линии, а скоро она первой не будет, и придется ломать голову, как прикрыться от соседей. Эти люди должны участвовать в обсуждении судьбы побережья в первую очередь, но никто не хочет светиться, все повязаны.
Продавать земли и застраивать парк, увы, – сегодняшнее время: деревья «цивилизованно» вырубят, забетонируют, и к морю пройти мы не сможем. Мы уже не можем.. Но как говорят, времена бывают разные, и нам есть что и с чем сравнивать. Исторические факты свидетельствуют о том, что во время становления Одессы люди продавали, закладывали свои дома, отдавая деньги на развитие города, и фактически превратили пустыню в оазис. Ведь с чего Одесса начиналась? Пустыня, степь и пять груш, растущих у Хаджибеевской крепости. Все! А сегодняшняя тенденция – вырубать. И вот наблюдение: если стройке мешают деревья, то по закону за их уничтожение взимают плату. Взамен каждого срубленного нужно посадить четыре дерева. Но если бы вместо тех деревьев, что вырубили на моих глазах, высадили те четыре, у нас уже были бы джунгли! Мы бы к Одессе подойти не могли! И когда говорят, что по склонам Одессы козы гулять не будут, то стоит возразить: нужно, чтобы и козы гуляли, и белки, и лисы. Там много живого. И если мы так стремимся к Европе, пусть гуляют и олени, и лоси. Может, я и утрирую, но вслед за деревьями пойдут и животные. Человечности не остается, все прагматиками стали. Есть, правда, молодые силы, что борются против застройки побережья и расширения Французского бульвара. Бульвар они отстояли. Это партия Н.А.Д.О., но мне неважно, какая партия. Если люди борются за правильное дело, это 100% правильная сила.
Смешно, но когда летишь над городом на самолете, самое зеленое место – это кладбище. Смешно и показательно. Все, парков больше нет. А какой цинизм у заказчика! Приходит интеллигентный человек, заказывает некое здание, а при строительстве захватывает кусок парка. И – рубит! Мы пытаемся остановить его: постой, зачем же все вырубать? А он отвечает, что деревья эти ценности не имеют. И тут же показывает фотографии из какой-нибудь Германщины и умиляется, как там дерево спасают, выстраивают вокруг него бетонную стенку. Умиляется – и вырубает пол парка.
Понимаю, когда дерево действительно мешает стройке, и на его месте посадят другое, но когда оно мешает проехать твоей машине… я к таким сразу охладеваю. Я одного чванливого соседа просто замучил: он спилил во дворе акацию, причем, ту, под которой его дети выросли. Я заставил его посадить взамен три дерева. Он посадил, но не ухаживал, такое ничтожество, и они засохли. Как же, в стране засуха! У нас все делается по принципу «как удобно»: парк нужно продать – значит, это лесопосадка, а те, кто возмущается – либо городские сумасшедшие, либо «бабки базарные». Когда я за эти деревья боролся, это чванло, сосед, подходит: ну что ты их слушаешь, это же бабки базарные! Нет, это пожилые люди, которым не все равно, как и мне, это люди, которые растили эти деревья.
Все цинично. Например, внизу, на Дельфине, где самое живописное место – скалки – проектируется Дом приемов. Сколько в исполкоме Домов приемов, я не знаю, но, видно, нужен еще один. И ведь странно, все люди там – временные, лучше бы детям бездомным приют построили. Но нет. Апартаменты эти согласовали. Было и общественное обсуждение. Пришли нормальные люди, разные, разных профессий, и все сказали категорическое нет застройке на этом участке. Но это мнение исполком проигнорировал. Депутаты промолчали.
А что делать? Референдум проводить. Конечно, если предположить, что народ – источник власти, как декларируется. А проще, конечно, той горстке людей, что вступили в сговор, раздать по 10 метров берега – им и их родственникам, и проблема исчезнет сама собой. Альтернативы нет.

Записала Татьяна Полонская